monolit-zao.ru
Категории
» » Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть

Найди партнёра для секса в своем городе!

Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть

Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть
Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть
Лучшее
От: Saramar
Категория: Анал
Добавлено: 27.07.2019
Просмотров: 1996
Поделиться:
Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть

Порно Русская Девушки Сиськи

Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть

Онлайн Порно Бесплатно С Огромными Сиськами

Малолетняя брюнетка отсасывает член у паренька

Блондинка Раздеваются Порно

Не сразу я понял, в чем дело: Следом в коридор вышел Эдмунд. Он держал другой конец копья, а по бокам шли два латника.

Куран уронил меня на пол, но придержал за плечи, чтоб я не кинулся на ублюдка. Отец и брат Эдмунда маячили у него за спиной. Мне так понравилось твое представление в зале, что я убедил короля предоставить мне собственного шута, и гляди, что он мне подарил.

Отправится с нами в Глостер, чтобы ты наверняка не забыл о своем обещании. Струйка крови уже стекала у него по шее. Делай, как он скажет. Капитан окинул взглядом Эдмунда и двух латников, уже взявшихся за рукояти мечей. И ты станешь там настоящим шутом, а? Надо будет всевозможно прятаться и подслушивать, Харчок, ты же понимаешь, парнишка, о чем я? На этих словах в глазах мерзавца вспыхнул ужас, но Эдмунд его подавил и осклабился в своей обычной хамской манере:. Ублюдок повернулся и важно зашагал по коридору.

Харчок оглянулся на меня, и в глазах его набухли слезы. Он сообразил, что происходит. Второй стражник согласно кивнул. Тут из залы выбежал еще один стражник и, видя, что с его капитаном только лишь дурак, доложил:. Может, я и дурак, коли рассчитывал, что Корделия останется.

Меня к ней мучительно тянет. Нет в замке утешенья. Ни Харчка, ни Едока, Лир спятил. Тщедушный парнишка из Ноздри-Хряка-на-Темзе. Однако если мне требовалось сочувственное ухо, он его предоставлял, хоть частенько от моих горестей его отвлекали шкурные диетические заботы. Я лежал на кровати у себя в привратной сторожке и разглядывал серые кости Лондона в крестообразные стрельницы, мариновался в собственной тоске, скучал по друзьям.

Промозглым осенним днем в Песьих Муськах, когда мне в третий раз позволили отнести еду затворнице, мы с ней крепко и подружились. Меня она по-прежнему повергала в священный ужас, и даже за стеной я при ней чувствовал себя низким, недостойным и нечестивым. Но в хорошем смысле. Сквозь крест в стене я передавал ей тарелку грубого бурого хлеба и сыра, сопровождая передачу молитвами и мольбами о прощении. В Писании ведь всегда так бывает.

Но как я ни старался, ни одного пиратского псалма не вспомнил. Тогда я откашлялся и запел единственный, который знал по-английски:. Я впервые слышал, как она смеется, и прозвучало так, словно меня похвалила сама Дева Мария.

Из темной кельи, которую освещала только моя свеча с этой стороны креста, смех ее словно бы охватывал меня, обнимал с головы до пят. Кровь прихлынула к моему лицу. Я не знал, куда себя девать, а потому рухнул на колени и распростерся перед стрельчатой бойницей, вжавшись щекою в каменный пол.

И я понял, что сам тоже плачу. Мне кажется, мы станем очень добрыми друзьями. Язык у меня чесался спросить, о чем это она, но лязгнула железная щеколда, и медленно отворилась дверь в коридор с кельей. В проеме стояла мать Базиль с подсвечником в руке. Вид у нее был очень недовольный. Я быстро поклонился затворнице и юркнул в дверь под мышкой у матери-настоятельницы.

Она вошла в тупик коридора и закрыла за собой дверь. Зазвонил колокол к вечерне. Мне было интересно, что затворница обсуждает с матерью-настоятельницей: Твердя вслед за священником молитвы на латыни, в душе я молился об ином: Когда месса закончилась, я остался в часовне и молился еще очень долго, до самой полунощницы.

Я не браню тебя. К твоим обрядам я добавляю еще одну обязанность. По колоколу на вечерню ты будешь уходить и возвращаться лишь на следующий день, не раньше. Дольше часа там не задерживаться, ты меня понял? Вообще ничего о ее прошлом. А ежели она заговорит об этом сама, тебе надлежит незамедлительно заткнуть пальцами уши и поистине во весь голос запеть: После чего покинуть коридор немедля.

Мне кажется, сегодня тебе стоит ночевать на каменном полу, ибо ковер не позволяет твоему горячечному воображению благословенно остыть, а для Господа это извращение. Да, и вам с воображением сегодня предписан не только каменный пол, но и легкая порка. Свет Господа ни за что на тебя не прольется, и будешь обретаться ты впотьмах и боли до скончания времен. А кроме того, я велю сестре Бэмби скормить тебя кошке.

Я так загорелся, что едва не описался. Каждый божий день меня теперь будет осенять слава затворницы. А еще я не должен спрашивать у вас о прошлом или интересоваться, откуда вы. Мать Базиль мне это запретила. Поведай, как ты жил. И я изложил затворнице, как побивали каменьями Святого Стефана, как преследовали Святого Севастиана, как обезглавливали Святого Валентина, а она в ответ рассказывала мне про тех святых, о которых ничего не говорилось в катехизисе.

По этой причине Святой Пуп доныне считается покровителем слюней и халитоза. Ладно, хватит про мучеников, поведай мне о чудесах. О волшебном несякнущем молочнике Бригитты Ирландской, о том, как Святой Филлан умудрился убедить волка впрячься в телегу со стройматериалами для церкви, когда помянутый волк зарезал быка, о том, как Святой Патрик изгнал змей из Ирландии.

Но позволь мне просветить тебя касаемо поразительнейшего на свете чуда. Как Святой Кориций изгнал мазд из Суиндена.

Потому ты и не должен никогда делиться с ними тем, что узнаешь от меня. Иначе они впадут в ошеломленье и сдадутся лихоманке. Мы с Талией обменивались тайнами и враками. А мать Базиль епископ сделал настоятельницей. И еще Талия все время учила меня ее развлекать. Объясняла, как людям объединяться одной историей и общим смехом, как сближаться с человеком, пусть вас и разделяет каменная стена. Будто епископ собирал с нее пенки и увозил с собой.

Назавтра же она опять становилась собой, и мы с ней опять смеялись и болтали. Вдруг суровый прелат опять нагрянет высасывать из затворницы душу. Чем дольше Талия сидела в келье, тем больше нравилось ей выслушивать мои отчеты о мельчайших событиях в мире снаружи.

Занимаясь своими повседневными делами и учебой, я не забывал отмечать в голове все до малейшей подробности. Казалось, день для меня по-настоящему начинается лишь в четыре, когда я приходил к келье Талии, а заканчивается в пять, со звоном колокола к вечерне.

Затворница научила меня петь не только гимны и хоралы, которые я и так умел с малолетства, а еще и романтические песни трубадуров. Простыми словами и терпеливо она учила меня танцевать, жонглировать и ходить колесом.

Я взрослел, щеки мои покрылись первым пушком. У меня сломался голос, и я заговорил так, словно в глотке у меня бился пойманный гусенок и гоготал, требуя ужина. Они со мной заигрывали, просили спеть им песенку, рассказать стишок или байку, и чем неприличнее, тем лучше.

А у затворницы их было для меня в избытке. Где она всему этому выучилась, я так и не узнал. Я всегда была тем, что я есть сейчас, а сейчас я все, что тут, с тобой.

Она поднесла свечу ближе к бойнице, и высветилась ее скупая усмешка. Я рассмеялся, просунул руку в крест и коснулся ее щеки. Я не знал, что ей ответить.

Через крест я передал ей четыре зажженные свечи. Когда я выступал перед ней, она просила расставить их в шандалах по всему помещению, чтобы лучше видеть, как я танцую, жонглирую или хожу колесом, но себе в келью никогда не требовала больше одной. И стянула рясу через голову, и одеянье упало на пол. В жизни я не видел ничего красивее. Она была моложе, чем я воображал. Лицо у нее было, как у шкодливой Богородицы, словно бы скульптор, вырезая его, вдохновлялся желаньем, а не преклоненьем.

К лицу моему прилил жар, а другой прилив я ощутил в своих портах. Я отвернулся от бойницы и вскричал:. Она погладила меня по затылку. Я не знал, что вы такая. Рука ее была тепла и крепка. Она разминала мне плечо сквозь крест в стене, и я обмяк от ее касания. Мне было стыдно, что Сатана меня навестил среди ночи и навеял потный сон соблазна. И мир этот был до опупения лучше окаянных песнопений и жонглирования.

Когда прозвонил колокол к вечерне, мы отвалились от креста, изможденные, и, задыхаясь, расхохотались. А, ну и зуб у меня откололся. Придя назавтра с провиантом для затворницы, я увидел, что она ждет меня, прижавшись лицом к кресту бойницы. С учетом нового уровня, на который вышла наша дружба, это слово… я не знаю, кажется пресным.

А теперь отдай мне ужин и попробуй протиснуться лицом в отверстие, как я. Скулы Талии были зажаты сторонами крестовой бойницы, что была чуть шире моей ладони. Ты ведь сам это знаешь? Давай мне ужин, парнишка, и суй лицо в бойницу, мне надо тебя кое-чему научить. Так продолжалось недели и месяцы. Из посредственного акробата я стал одаренным гимнастом, а Талия, казалось, вновь обрела хотя бы клочок той жизни, которую, по-моему, утратила.

Ее больше интересовала жизнь здесь, этот миг, а не вечность, до которой не дотянешься крестом на стене. А потому начал замышлять ее побег. Времени уйдет много, но если будешь долбить один камень, летом можно убежать. Так что подтянись-ка и засунь свою оснастку в крест. У Талии для тебя особое угощенье. Мало на чем я мог настаивать, если моя оснастка попадала в крест.

Но все равно грех жадничать тем, что знаешь сам. Насколько мне известно, я был единственным человеком с мозолями на скулах, но руки и хватка у меня были крепки, как у кузнеца: В коридор проник епископ? Епископ проник в коридор? В этот ебаный коридор вошел настоящий, блядь, епископ этого уебищного Йорка, а с ним мать Базиль, еть ее в рыло, со свечою в блядском фонаре.

Поэтому я перестал держаться. К несчастью, Талия держаться не перестала. Судя по всему, у нее хватка тоже стала крепче после стольких свиданий на стене. Я висел, более-менее пришпиленный к стене в трех точках, и одна была босиком. Выхватил у матери-настоятельницы фонарь и вихрем вымелся в коридор. Ты подаешь к столу отменно, это хлеб дерьмовый. Мать Базиль заперла меня в своем чулане, а где-то среди ночи приотворила дверь и сунула мне корку хлеба и горшок.

Наутро она пришла за мной и украдкой вывела через часовню. Повесила мне через плечо котомку, что-то сунула в нее. Куклой в кукольный театр? Надо, парнишка, епископ распорядился. При этих словах я вывернулся из-под руки матери-настоятельницы, пробежал через весь монастырь по знакомому коридору, к келье. Орал, бил кулаками по камням, пока не потекла кровь, но ни звука не раздалось из-за стены.

Сестры оттащили меня, связали мне руки и вывели в амбар, где меня и повесили. Вечно ли я буду одинок? Вероятно, она была права. Быть может, именно поэтому я вырос таким законченным женоугодником и красноречивым рогоставом. Под юбками податливых и понимающих ищу лишь поддержки и утешенья.

А посему, бессонный, я направился в большую залу искать успокоенья у дев, там ночующих. Моя милая Пискля, частенько раскрывавшая странствующему дураку душу и что только не, заснула в объятьях своего мужа, который, храпя, нещадно ее тискал.

Я был умозрительно уверен, что обожаю ее. Ее разбудил нежный тычок в бедро. В общем, ни дать ни взять красотка. У тебя под юбкой, например. Перекатись-ка на бок, милочка, не так будет очевидно, если станем нежиться латерально.

На сей раз дух был плотнее. Тень плавала над спящей фигурой Кутыри, подымаясь и опадая на сквозняке кухаркиного храпа. Я едва взнуздал кобылку перед моклой срамной скачкой. Я несчастен, грустен и одинок, я пытаюсь хоть толику утешенья и забвенья себе заиметь в объятьях этой… э-э…. А я Карман по прозванью Черный Дурак, очприятно. Призрак выпятил груди, откашлялся, схаркнув крохотным туманным лягушонком, который тут же с шипеньем испарился от жара очага, и произнес:.

Щепоть загробных обиняков, чтоб стало понятно, что нас ждет. Я тут твоими делами занимаюсь, не чьими-то. Ну как, трепливый ты всплеск воздусей? Ступай в постельку, шут, король завтра выезжает, у меня поутру до чертиков работы, надо приготовиться.

В печали я смотал оснастку и угрюмо поплелся к себе в надвратную сторожку паковать вещички к последнему выезду из Белой башни. А вот по фуфловым фанфарам на заре я скучать не стану, точно могу сказать.

И язви в звенья сучьи цепи проклятого разводного моста, которые лязгают по всей моей квартире, не успеет еще петух покликать зорю. Даже после того, как она переехала реку и скрылась из виду. Видеть такого поношенья своего подручного я не мог и на стену не вышел. А добрел до ложа и лег, прижавшись лбом к холодному камню. Лежал и слушал, как по мосту подо мной топочет остальная знать со свитами. К бесам Лира, к бесам знать, к бесам окаянную Белую башню.

Кукан пялился на меня сверху, издевательски щерился кукольным ртом. Словно выбираясь из могилы, я добрел до двери.

Пискля велела у тебя спросить про человечка в челноке. Еще когда Лир объявил, что сопровождать его будет сотня рыцарей, было ясно, что сто человек не смогут просто так сесть на коней и выехать на заре из ворот замка.

К концу недели отряд наш числил больше пяти сотен мужей и юношей, почти столько же лошадей. Я пристроился в хвост колонны, вслед за Егерем.

Его сопровождала свита гончих и борзых, а также телега с клеткой. В ней держали восемь королевских соколов. Ты поэтому тут едешь, вонь подсрачную ловишь с нами, а не при короле? Тут лязг лат в уши не лезет. Хорошо б рассказать Егерю, что не шутовские обязанности меня гнетут, а злость к сбрендившему королю, который услал мою принцессу в изгнание. Но я, кроме того, хотел поразмыслить над пророчествами призрака.

Но вот это что такое: Это он вторую дочь так помянул? Какая разница, если ее ложь затуманит взор Лира? Ко мне-то какое касательство, что мне проку? Но с чего тогда призраку являться малосущественному и никчемному шуту?

Я так задумался, что отстал от колонны, а когда остановился отлить, на меня напал разбойник. Жалкую жизнь Прокруста спас лишь мой легкий просчет в оценке дистанции, и рукоять моего метательного кинжала с тупым стуком отскочила от его башки под шляпой.

Милосердия во мне сильно поубавилось, а раздражение усугубляется тем, что я несколько обмочил себе башмаки. Согласные выскакивали из его уст, как анальные бусины из адского дристалища.

Я христианин, отпавший от веры, и язычник по расчету. Моей совести мало повредит, если я перережу тебе глотку и попрошу лес считать это жертвоприношением к будущим святкам. Поэтому прекращай молоть ахинею и выкладывай, откуда ты меня знаешь. Затем приподнял поле шляпы спереди и подмигнул. Это же я, Кент. Все королевские причиндалы его канули, остался только меч. И выглядел он так, будто всю неделю, что я его не видел, спал в лесах.

Тебе, считай, конец, если король увидит. Я думал, ты уже где-нибудь во франции. Я эти сорок лет верой и правдой служил Лиру и до сих пор ему предан. Ничего иного я не знаю. Вот и подумал скрыть свое лицо и говорить с акцентом, пока он не передумает. Лир скверно с тобою обошелся. Ты либо спятил, либо глуп, либо вожделеешь могилы, но нет тебе места, седая борода, в свите короля.

Или не тебя я видел в замке изгнанным за то же преступленье? Не тебя выволакивали из залы за то, что дерзко истину ты рек? Не проповедуй тут мне добродетели, дурак. В двух лигах от всего отряда, в обоссанных башмаках…. Ебать мои чулки, правда бывает и сварливою мегерой! Он, разумеется, прав, горластый старый бык. Я сходил к кобылке, пошарил в котомке и принес Кенту твердого сыру и яблоко, оставшиеся от прощального подарка Кутыри. Следуй за отрядом до замка Олбани. Я попрошу Егеря каждый день оставлять тебе у дороги кролика либо утку.

Есть огниво и кремень? А волосы обрежь и тоже зачерни. Лир видит лишь на несколько шагов, поэтому близко не подходи. И не забывай про этот жуткий валлийский акцент. Но не все рыцари мне знакомы, да и кто может тебя выдать королю, не знаю. Поэтому слишком не высовывайся, а как доедем до Олбанийского замка, я уж разберусь со всеми лайдаками, кто может отступиться от тебя.

Тогда садись на сие поверженное древо и отобедай. А я сплету тебе побаску, как паутину из ее же жопки. Садись и внемли, седобрад. Ты, кстати, не слыхал про Большой Бирнамский лес?

Деревни, встречавшиеся нам по пути, мы облагали данью и становились там на постой. Втайне я радовался, когда солдаты кряхтели от неудобства, и не прилагал особых усилий как-то смягчить их недовольства Лиром.

С их сальных губ летели ошметки жареной конины. Тупицы всегда стараются выглядеть умнее за счет дурака, дабы хоть как-то отплатить ему за остроумие. Но ума им все равно недостает, и они зачастую жестоки. Вот потому-то у меня никогда и не может быть ничего своего, я не могу ни о ком заботиться, не могу выказывать никаких желаний. Явится какой-нибудь головорез и все отберет. Хотя тайные влеченья, нужды и грезы у меня есть.

И звать Пижоном, а у нее будет свой маленький скипетр, который будут звать Пежик. Да, обезьянку мне бы очень хотелось. Она мне будет другом, а убивать ее, отправлять в ссылку или есть ее будет запрещено. До крайности зловредный мудак. Я с этим крысенышем-лизоблюдом сталкивался, когда он еще служил ливрейным лакеем в Белой башне, а Гонерилья была принцессой и жила при дворе. Сегодня он ни головы не обнажил, ни поклонился, когда к воротам подъехал Лир.

Старому королю это не понравилось. Он остановил свиту мановеньем руки в одном полете стрелы от замка и подозвал меня. Тут нужно вежливости поучить. К поганцу я отправлю дурака, пусть знает свое место. Отринь манеры, напомни псу, что он есть пес. Взор его скользнул мимо меня к королю, хотя я стоял рядом, только руку протяни. Куча воняет и нам проехать не дает. Спроси у своей госпожи. Вот, значит, как, Освальд? Куран дал коню шпор, и колонна двинулась вперед.

И я прошагал мимо Освальда в замок, помахивая Куканом так, словно дирижировал полком барабанщиков. По-моему, мне стоило пойти в дипломаты. В начале февраля в полночь в полицию позвонила девушка и срывающимся голосом сообщила, что она знает юношу с волосами в виде срезанной герани.

Он часто бывает в пивной в Эндерби. Полицейские паслись там целую неделю, но единственная герань, которую им удалось обнаружить, росла в горшке. В феврале убийством занималось уже около ста человек. Они взяли три тысячи показаний и разрабатывали около четырех тысяч версий.

Были допрошены практически все подростки Лестершира и округи с наклонностями панков. Поначалу полиция не сомневалась в том, что тот самый молодой человек ростом в пять футов десять дюймов, стройный, в ботинках да шнурках, в кожаном пиджаке с ремнем, украшенным бронзовой пряжкой, и с необыкновенными оранжевыми волосами, и есть убийца. Но таких они нашли множество: Но того панка с девушкой, предположительно с Линдой Манн, из-за которого водителю пришлось резко затормозить, так и не нашли.

Он был неуловим, как чертово чудище Лох-Hecca, по выражению одного следователя. Только за год следствие выявило такое их количество, что тренерам олимпийской сборной Британии и не снилось. У суперинтендента Яна Куттса имелась своя версия: Дерек Пирс и некоторые другие участники следствия придерживались иного мнения, но тоже полагали, что убийца — кто-то из местных, иначе откуда он мог знать о глухой тропе и воротах, через которые легко пройти к рощице за стройплощадкой?

Куттс не сомневался, что убийца хорошо знал Линду: Мобильное подразделение — это группа полицейских, которых бросают на подмогу любой другой группе. Поэтому они должны быть готовы к какой угодно работе.

Именно мобильное подразделение проводило опрос местного населения, в том числе тех, у кого не было алиби. Питчфорк недавно переехал сюда с Баркли-стрит в Лестере, приблизительно в пяти милях от Нарборской дороги, и жил с женой и ребенком. Нилу открыла жена Питчфорка, Кэрол. Она проводила его в гостиную и позвала мужа, который был наверху. Во всех трех деревнях уже знали, что полиция проводит дознание, так что констеблю не пришлось долго объяснять цель своего визита.

На самом деле он прятал на чердаке половые доски, украденные со стройплощадки. Жене он объяснил, что купил их по дешевке на распродаже.

Вообще-то доски не единственное, что он стащил, он прихватил еще шкафчик, который, по его мнению, должен был прекрасно вписаться в их кухонный гарнитур. Вором Колин Питчфорк, конечно, не был, но не оставлять же то, что плохо лежит.

Когда полицейский объяснил, в чем дело, Колин облегченно вздохнул. В день убийства он в Литтлторпе еще не жил, и поэтому не попал бы в список вероятных подозреваемых, если бы не один случай. Дело в том, что Колин Питчфорк был замечен в эксгибиционизме. Началось это у него еще в раннем возрасте, и полиции стало обо всем известно. Сейчас, после проведения ряда компьютерных проверок, он заинтересовал следствие по двум причинам: Например, часть дня человек провел с женой, потом встречался с друзьями, а домой отправился один.

Следователи искали человека без алиби на период времени от А Питчфорк и его жена утверждали, что сначала он подвез ее на вечерние занятия, причем на заднем сиденье в переносной детской кроватке спал ребенок, а затем он поехал по своему старому адресу и сидел дома с малышом до тех пор, пока не вернулась жена.

В общем, от Психологи, как известно, утверждают, что эксгибиционисты — люди безобидные. Действительно, Питчфорк не был замечен в чем-то, что бы напоминало насилие. В Литтлторп он переехал в декабре, через месяц после убийства Линды Манн, и, поскольку не был местным жителем, то вряд ли знал о Черной тропе и воротах, ведущих к рощице. Отец Дерека Пирса мечтал о том, чтобы его сын стал врачом, и воспитывал его в строгости. Бывший военный, железнодорожник, а затем инспектор дорожного движения, свой трудовой путь мистер Пирс закончил хранителем музея дорожной службы в Лестере.

Миссис Пирс, казалось, хотела стать матерью всем ребятишкам. Ей было мало двух сыновей и двух младших дочерей, и она брала на воспитание чужих детей, даже с врожденными уродствами.

В девятнадцать лет Пирс вдруг решил пойти работать в полицию. Возмущенный отец не разговаривал с ним почти год и сменил гнев на милость только после того, как старший брат Пирса перевелся с биохимического на медицинский факультет: Врожденная болезнь внутреннего уха затрудняла продвижение Пирса по служебной лестнице.

Во время строевой подготовки в учебке его прятали в середину строя, где он то и дело натыкался на товарищей. Зато по всем другим дисциплинам полицейской подготовки Дерек был отличником. Все это не могло не смягчить старика — Дерек был первым из семьи, про кого написали в газете. И отец страшно гордился сыном.

После стажировки Пирса отправили в угрозыск. Через три года ему присвоили звание сержанта, причем по результатам работы он попал в список двухсот лучших полицейских Англии. Инспектором он стал через шесть лет.

На него возлагали большие надежды. Но тут-то и началось самое трудное. Дело в том, что следующее за инспектором звание дается уже не по результатам экзаменов, а на основе оценок старших офицеров и письменных рекомендаций непосредственного начальства.

В способностях Дерека Пирса как полицейского никто не сомневался. А Пирс, в свою очередь, заботился о своих людях и не давал их никому в обиду. Он не скупился в пабе и отпускал подчиненных раньше с работы, но в то же время был суров с теми, кто смотрел на службу в полиции как на работу, а не на образ жизни. Даже за незначительные ошибки Пирс отчитывал полицейских со всей строгостью. Однако при расследовании дела Линды Манн такое случалось редко — все, кто был занят в этом деле, не сомневались, что рано или поздно убийцу найдут, и очень старались.

Время от времени Пирс подзаряжал подчиненных собственной неуемной энергией. Даже после долгих безуспешных поисков он с трудом дожидался каждого рабочего дня.

Он частенько подбрасывал своим людям разные версии и требовал того же от всех. Если предложение подчиненных ему не нравилось, он старался не разочаровывать их — нужно же поддерживать энтузиазм команды.

Может, он совсем рядом? А как бы поступили вы? Да забудьте вы о званиях! Сослуживцы понимали, что Пирс специально их провоцирует, но по каким-то непонятным причинам заражались его энтузиазмом.

Но он хороший организатор, он видит картину в целом, у него не голова, а компьютер. И даже когда он орет, как последняя баба, он не перестает думать о деле и раскладывать его по полочкам.

Так давайте его искать! И знаете что, ребята? Не забывайте о своем доме. Неукротимый Дерек Пирс редко рассказывал о своей жене даже близким друзьям и даже подшофе. Она была чуть младше его и тоже работала в полиции. Привлекательная и с сильным, как и у него, характером. Все, кто знал Пирса, утверждали, что факел, горевший в его груди, мог растопить ледник.

Когда она ушла от него, ей пришлось платить за дом, и Пирс выписал ей чек на фунтов. Сделка по продаже дома по каким-то причинам затягивалась, и он выписал ей еще один чек на такую же сумму. Адвокат, занимавшийся разводом, возмутился:. Вы же растаптываете мою профессиональную репутацию! Переехав, жена даже не сообщила Пирсу свой новый адрес. Но если Дерек Пирс и был на что-то годен в жизни, так это на сыск. Он обошел округу и увидел в окне ее любимую вазу.

Жена Пирса металась в это время в страшном гриппе, ей некому было подать воды. Он ухаживал за ней, как лучшая сиделка, а когда закончил уборку, дом впечатлил бы даже Джоан Кроуфорд. Но его бывшая супруга к нему не вернулась и с собакой гулять не стала. Она уехала в Гонконг с бывшим сослуживцем Пирса, а факел в его груди все еще потрескивал. Кэт и Эдди несколько недель не могли забрать тело дочери, чтобы похоронить ее. Им отказывали под предлогом того, что экспертиза не закончена.

Но за то время, пока тело Линды оставалось непогребенным, эксперты вполне могли разобрать ее скелет на все двести косточек, расчленить все органы и провести анализ каждой капельки из всех пяти кварт крови. Из волос они успели бы составить целый каталог, а одежду изучили бы тщательнее, чем плащаницу. Как бы то ни было, следователи держали тело убитой больше десяти недель.

Наконец 2 февраля Кэт позволили похоронить дочь на кладбище церкви Всех святых, в нескольких минутах ходьбы от дома, где Линда жила, и в нескольких шагах от того места, где ее убили.

На похоронах присутствовало больше ста человек. Пришел суперинтендент Ян Куттс, еще несколько полицейских наблюдали за процессией со стороны, делая видеозапись, Зачем?

Я позвонил в соцобеспечение — они предложили двадцать! Это же не выкидыш! Впрочем, на двадцать фунтов и выкидыш не похоронишь. Мы регулярно ходим на кладбище. Глупо, конечно, разговаривать с могилой, но это помогает. Кэт сохранила всю одежду Линды. Ей советовали избавиться от нее, но она не смогла. Потом Эдди убрал все на чердак. Она очень старалась увидеть во сне что-нибудь другое, например как Линда приносит ей в кровать чашку кофе утром в Рождество.

Кэт хотелось снова пережить этот момент хотя бы во сне. Но снилось ей одно и то же: О ней рассказал свидетель, видевший в вечер убийства молодую пару: Собеседники о чем-то оживленно спорили посреди Копт-Оук-роуд, кажется, ругались.

Ниточки сплетались во многие тысячи человеко-часов. На самом деле до нее было еще очень далеко. В марте суперинтендент Куттс сообщил, что девушка, которую видели на автобусной остановке в вечер убийства, была Линда Манн.

Куттс просто не мог не сделать такого заявления — все знали, что он уже рассмотрел сотни версий. Самой реальной из них оставался панк, хотя бы потому, что его так и не нашли. Ян Куттс убедил себя, что в тот злополучный вечер на остановке с Линдой Манн стоял именно панк. На педофилов Дерек Пирс впервые обратил внимание при расследовании дела Каролины Хогг. К своему удивлению, он вдруг обнаружил, что вокруг полно сексуальных извращенцев.

Даже в деревнях в полицию чуть ли не каждый день поступают жалобы на домогательства, а поскольку количество заявлений о преступлениях на сексуальной почве никогда не отражает их реального числа, оставалось только догадываться об истинных размерах явления. Сколько подобных преступлений уже совершено в Нарборо, Литтлторпе и Эндерби? В скольких участвовал разыскиваемый ими мужчина до того, как убил Линду Манн? У большинства наиболее явных подозреваемых брали кровь на анализ.

Странная штука — наука: Полиция уже и не надеялась получить от ученых ответ: Однако на всякий случай взяли кровь у рабочих, строивших новое здание на Блэк-Пэд. Многие из них вели кочевой образ жизни: Сторонникам этой версии пришлось искать объяснение прикушенному языку, и оно быстро нашлось: Однако если дело обстояло именно так, то утверждение начальства, что Линда знала убийцу, вызывало некоторые сомнения.

Должны же у вас быть какие-то мысли! Давайте, давайте, может, что и придумаем! Поджарый длинноногий констебль с жидкими рыжими волосами, разделенными посредине пробором, похожий на директора школы из довоенных фильмов или на работника социальной сферы, вдруг сказал:.

Карие глаза Дерека расширились за стеклами очков, бородка начала подергиваться, казалось, он вот-вот взлетит, как при левитации.

Кто-то все же успел включить магнитофон. Как это я не догадался, что у них тут половина женского населения носит пакетик спермы в кармане? А сделав свое дело, наша дамочка преспокойно отправляется домой допивать свой вонючий чай с вонючими бисквитами!

Вещички убрали в ящики столов. Констебль, похожий на работника социальной сферы, счел за благо тихо исчезнуть. А Пирса оставили парить между колокольнями и печными трубами под присмотром диспетчеров аэропорта Хитроу. По мере уменьшения версий сокращалось и число участников расследования: Дело об убийстве Каролины Хогг оказалось очень трудоемким и закончилось ничем.

Полиция Лестера утешала себя тем, что преступление совершено в Шотландии и лишь по чистой случайности тело попало в Лестершир. Что касается дела Линды Манн, оправдываться было нечем: Линда жила и погибла здесь. Однажды холодным утром Куттс собрал их, как обычно, в павильоне для крикета и, пуская клубы пара изо рта, поблагодарил за прекрасную работу. Когда же он приступил к выражению сожалений по поводу того, что их сотрудничество подошло к концу, на глаза у него навернулись слезы, он закончил речь и ушел.

Шотландец — и плачет? Для подчиненных Ян Куттс был типичным шотландским воином, крепким и закаленным, Но они забыли, что в Глазго, в пригороде которого родился их шеф, люди не только стойкие и верные, но и сентиментальные. Сержант Мик Мейсон, лично переправив все материалы по делу Линды Манн в центральную полицию Лестершира, вернулся к своей обычной работе в полицейском участке Вигстона, но не прекращал самостоятельного расследования.

К лету вместо восьми следователей оставалось всего два — Мик Мейсон и еще один. За это время они взяли анализ крови приблизительно у ста пятидесяти подозреваемых.

Результаты, увы, оказались отрицательными. В августе расследование было полностью прекращено. Еще до расформирования группы они беседовали с одним свидетелем.

Жители деревни пожаловались на юного хулигана лет четырнадцати, который оказался просто любопытным парнишкой, гонявшим по деревне на велосипеде. Иногда он бесцельно шатался по улицам, паркам и забавлялся тем, что неожиданно выскакивал на дорожку прямо перед идущей женщиной, чтобы напугать ее. Мик Мейсон без труда нашел мальчишку — крупного, толстого и странноватого на вид. Он жил с родителями в Нарборо на Фоксхантер-Раундэбаут.

Когда-то он считал себя радиолюбителем, но теперь понял, что мотоциклы лучше. Мейсону парнишка не показался глупым: Но что с него взять? И какое отношение он мог иметь к Линде Манн? Подолгу общаясь с Иствудами, Мик Мейсон многое узнал о духовном облике Линды Манн и стал уважать ее, несмотря на то что в живых ни разу не видел. Иствуды обратились к экстрасенсу. Пришла женщина лет сорока с лишним, худая и замкнутая, и расположилась в комнате Линды, Кэт и Эдди, стоя на лестнице, прислушивались.

Экстрасенс держала в руках ожерелье Линды и издавала странные утробные звуки. Иствудам было запрещено входить. Деньги ясновидящая не взяла и пообещала зайти еще раз, чтобы продолжить сеанс. Мы все пребываем в разных планах одновременно — и здесь, и там. Наша жизнь здесь — сущий ад. Экстрасенс явно пыталась их успокоить. Но после ее визита семья не скоро пришла в себя. Им постоянно виделся большой мужчина, который набрасывается на Линду сзади, девочка дышит с трудом, задыхается.

Как во сне Кэт! Родственники убитых обычно участвуют в расследовании. Сюзан Манн, старшая сестра красивой, умной и любимой Линды, пользовалась таким же вниманием детективов, как и Эдди Иствуд. Ответственный за ночные патрули в Нарборо однажды сообщил, что по вечерам к патрульным, пешим и на машинах, подбегает угловатая девушка в мини-юбке — Сюзан Манн — и рассказывает им всякие небылицы.

Как-то вечером сержант, имевший хорошие отношения с Кэт и Эдди, решил поговорить с Сюзан. Зачем ты останавливаешь полицейские машины?

Всем на меня наплевать! Может, она плакала по Линде, может, по своей матери, а возможно, и по себе самой: Как бы ища утешения, она потянулась к сержанту. Я женатый человек, к тому же полицейский, черт побери! Все они плачут, все они жертвы убийцы с Черной тропы. Всем им нужно утешение и вера в то, что все будет в порядке, хотя все они знают, что в порядке уже никогда ничего не будет.

За свою карьеру Дерек Пирс прочитал не одну книгу по судебной экспертизе разных авторов, вроде доктора Симпсона. Но, как и большинство полицейских, к науке он относился скептически, считая, что людям его профессии от науки — никакого прока.

Как и другие бобби, Пирс смотрел на свою работу скорее как на искусство, чем как на науку. Ничего более толкового, чем отпечатки пальцев, эта наука не придумала. Хотел бы я увидеть ученого, который поразил бы меня хоть чем-нибудь. Пирс и не подозревал, что это случится уже скоро. Осенью года в Лестерском университете, в нескольких милях от деревни Нарборо, тридцатичетырехлетний ученый находился на пороге открытия, которое поразит не только Дерека Пирса, но и всех сотрудников лестерширской полиции.

Открытие было сделано на стыке наук в лаборатории генетика Алека Джефриса, который изучал свойства мышечных генов человека. Его интересовала главным образом повторяющаяся последовательность в гене миоглобина.

Проект не представлял особого академического интереса, но неожиданно все изменилось. Наука уже знала о генной инженерии, которая касалась самих генов и дезоксирибонуклеиновой кислоты, более известной как ДНК. Ученых интересовали прежде всего генетические различия между людьми.

Изучить молекулы ДНК, отвечающие за наследственность, оказалось не так просто, потому что генетический материал сильно отличается у разных людей.

Джефрис решил заняться теми слоями этого материала, которые заключают в себе наибольшие различия между индивидами, а затем найти метод обнаружения соответствующих слоев при помощи радиоактивного зонда. Проще говоря, Джефрис пытался разработать более совершенные, чем уже существовавшие, генетические маркеры, в частности специфические маркеры для отображения человеческих генов.

Над своим проектом он трудился два года. Его имя начали упоминать в публикациях, посвященных методу генной инженерии, разрабатываемому в Лестерском университете. Потенциал генной инженерии просто потрясает. Алек Джефрис, который был не только генетиком, но и философом, успокаивал общественное мнение франкенштейновскими фантазиями: Но, как показал опыт, эта опасность сильно преувеличена.

Наука не станет пользоваться человеком, как подопытным животным, даже в том случае, если на это будет разрешение соответствующих правительств, что крайне маловероятно. Я сам иногда вижу страшный сон, где человек выбирает характер своему ребенку так же, как выбирает автомобиль или стиральную машину. У Джефриса была лаборантка, Виктория Вил сон. Из двадцати семи лет восемь она проработала на своего босса.

Но Алек каким-то чудом помнит все, чем мы занимались. Биологи вообще интересные люди, что же касается Джефриса, то он производил впечатление даже на видавших виды ученых: Если беседа его увлекала, он забывал о сигарете и она преспокойно тухла у него в руках. Фабричные сигареты он курил только по особым случаям. Неизменный свитер с воротником под горло стал чем-то вроде торговой марки Джефриса.

Персонал его лаборатории состоял из двух ассистентов, двух лаборантов, как правило, студентов, а также одного или двух аспирантов. Всем им очень нравился стиль жизни и работы шефа. Работая с Алеком долгие годы, Вики Вилсон знала, что если он оживляется, значит, у него появилась новая мысль.

А в сентябре года Джефрис был оживлен чрезвычайно, даже несмотря на то, что, по словам Виктории, чувствовал себя препротивно.

У него была моноцитарная ангина, и он часто оставался дома. А она звонила ему и докладывала о результатах, все более и более интересных. Изучая гены человека, Джефрис извлекал молекулы ДНК из клеток крови и делил их на неравные части, добавляя фермент. Затем он помещал фрагменты в гель агарозы, где посредством электрофореза отделял более крупные от более мелких. Благодаря капиллярной силе фрагмент втягивался в промокательную бумагу, наложенную на мембрану.

Группа Джефриса использовала радиоактивные меченые части ДНК в качестве зондов, которые закреплялись за чрезвычайно подвижными участками. С целью выявления радиоактивного зонда мембрана подвергалась рентгеновскому облучению.

При контакте с фильтром на рентгеновской пленке образовывалось темное пятно. А поскольку распределение участков у всех индивидов разное, в руках Джефриса оказалась уникальная для каждого человека картина ДНК, по крайней мере, в теории. Однажды сентябрьским утром они проявили рентгеновский снимок и через несколько минут прочитали его. Лаборатория была в шоке! Они надеялись увидеть на снимке одну или две крупные полосы, а увидели целую последовательность серых и черных полосок вроде штрихового кода, используемого в магазинах.

Доктор Алек Джефрис понял, что перед ним — огромное количество генетических маркеров, на основании которых можно говорить о поразительной изменчивости, удивительной специфичности и индивидуальности генетического материала.

Сюзан Джефрис, жена Алека и начальник компьютерной группы Лестерского университета, моментально оценила перспективы этого открытия и объяснила практическую значимость того, что Джефрис назвал счастливым стечением обстоятельств.

Сюзан составила длинный перечень возможных сфер применения чудесного открытия. В самом начале списка стояли дела, связанные с иммиграцией, которых в Британии, как известно, немало. Открытие позволяло сравнительно легко определять, имеет ли человек право на въезд в страну по так называемому кровному родству с британскими подданными.

Вскоре Джефрис и его группа теоретически обосновали возможность использования нового метода для определения родословной животных, искусственного осеменения и предотвращения родственного спаривания исчезающих видов. Метод оказался незаменим при определении того, прижился ли трансплантат при пересадке костного мозга больному лейкемией и являются ли близнецы одно- или разнояйцевыми, поскольку только у однояйцевых может быть одинаковый ДНК-код.

Очень скоро в лаборатории поняли, что метод можно с успехом использовать в судебной медицине, надо только дать ему название.

И его вполне логично назвали методом генной дактилоскопии. Газета приводила список статей, опубликованных начиная с 21 ноября года — дня убийства Линды Манн. Среди прочего выделялась, однако, заметка о Сорае Хасогги, урожденной Сандре Дейли, мультимиллионерше из Лестера, которая через суд потребовала тюремного заключения для своего бывшего мужа.

Почему бы родственникам нарборского убийцы, до сих пор укрывающим его, не последовать примеру Сандры? Делу об убийстве Линды Манн посвящалась целая серия статей с описанием огромной работы, проделанной полицией. В заключение вновь выражалась просьба о помощи. Полиция признала, что возлагает большие надежды на местную прессу. Всюду были расклеены плакаты, к работе приступила мобильная группа для приема показаний граждан. Полиция обращалась к каждому жителю с призывом вспомнить, что его родственники и друзья делали в понедельник, 21 ноября года, вечером.

В деревнях в очередной раз расклеили фотографии погибшей. На снимке Линда была в том самом жакете, в котором ее нашли мертвой. Надпись под фотографией гласила: Дерек Пирс сообщил журналистам, что в результате этой кампании полиция получила тридцать телефонных звонков, причем некоторые данные, установленные в ходе расследования, не новы.

В годовщину смерти дочери Кэт и Эдди отправились еще к одной провидице. О ней им рассказали друзья из Лестера. Почему не осталось следов насильственного проникновения в дом? Каковы причины каждого значимого поведенческого фактора в преступлении? Все это подводит к третьему вопросу: Кто мог совершить такое преступление? Выяснить это и составляет нашу задачу. Девичья фамилия моей матери была Холмс. И родители почти решили, что она станет моим вторым именем вместо более обыденного Эдвард.

Оглядываясь назад, кроме этого я не припоминаю ничего, что бы предсказывало мою будущую профессию охотника за умами, или криминологического психолога. Я родился в Нью-Йорке в Бруклине по соседству с Куинс. Когда мне исполнилось восемь лет, обеспокоенный разгулом преступлений, он перевез нас в Хэмпстед на Лонг-Айленд, где стал президентом профсоюза типографских рабочих. Сестра Арлена была старше меня на четыре года и могла служить образцовым примером — хорошо училась, занималась спортом. Я же особыми успехами не блистал — довольствовался средними оценками, но своей воспитанностью и общительностью, несмотря на неказистую внешность, снискал симпатию у учителей Лудлумской начальной школы.

Больше всего я любил животных и держал то собак, то кошек, то хомяков, то змей. Мать терпела мое увлечение, потому что я говорил, что собираюсь стать ветеринаром.

И поскольку эта профессия давала все основания для успешной карьеры, поддерживала мой выбор. В школе я прослыл хорошим рассказчиком — это было единственное дело, которое давалось мне легко. И мой талант, вероятно, подтолкнул меня к сыскному делу. Ведь детективы и аналитики должны обладать способностью сложить разрозненные, неравнозначные и, на первый взгляд, не связанные друг с другом факты в стройный сюжет, особенно если речь идет об убийстве, когда жертва уже не имеет возможности все рассказать сама.

Часто мой талант выручал, когда я хотел увильнуть от работы. Помню, когда мне было одиннадцать лет, [5] нам задали прочитать какой-нибудь роман и пересказать на занятиях. Но я поленился взять в руки книгу. И когда очередь дошла до меня сам ещё не веря, что на это способен , придумал название несуществующего романа, выдумал автора и начал рассказывать историю о собравшихся вокруг костра путешественниках. Я сочинял на ходу, а сам думал: Напустил на несчастных путников медведя. Тот уже неслышно подкрадывался сзади и готов был броситься на людей — но в этот миг я прыснул, иссяк, замолчал и вынужден был признаться учителю, что выдумал все сам.

Заговорившая совесть свидетельствовала о том, что я не был законченным преступником. Я переживал, что прослыву вруном, что завалю экзамен, что придется стыдиться перед своими одноклассниками, представлял, как расстроится мать.

Но, к моему удивлению и даже изумлению, учителю и ребятам рассказ понравился. И когда я признался, что придумал все сам, они дружно закричали:. Я закончил историю и вышел из класса с отличной оценкой. Своим детям я долго не рассказывал об этом случае: Но для себя вынес, что идеи можно продавать.

И если заинтересовать ими других, люди пойдут тебе навстречу. Этот талант помогал мне множество раз, когда приходилось в чем-то убеждать вышестоящих чиновников и офицеров местной полиции. Но должен признать, что до известной степени таким талантом обладают и пользуются многие аферисты и преступники. Кстати, мои вымышленные путешественники благополучно спаслись — совершенно непредсказуемый конец, если принять во внимание мою горячую любовь к животным.

Между тем я готовился к профессии ветеринара и три лета провел на молочной ферме по Корнеллской программе для юношества, организованной ветеринарной университетской школой. Программа оказалась прекрасной возможностью для детей горожан выехать на природу, но за это удовольствие я работал по 70—80 часов в неделю всего за 15 долларов, в то время как оставшиеся дома одноклассники грелись на солнце на Джонс-Бич. До сих пор мне кажется, я не сильно расстроюсь, если мне в жизни больше не придется подоить ни одной коровы.

Физический труд меня укрепил, и я обрёл спортивную форму, а спорт был еще одним моим увлечением. В старших классах Хэмпстедской школы я был питчером бейсбольной команды и играл в полузащите в футбол. Вспоминая то время, я понимаю, что именно тогда во мне впервые пробудился интерес к психоанализу. На питчерской горке до меня довольно быстро дошло, что сильно и точно посылать мяч — ещё полдела.

У меня была твердая рука и хороший крученый удар, но теми же качествами обладали многие мои одноклассники. Я достигал этого, напуская на себя уверенный вид, а его, наоборот, заставляя нервничать. Этот же принцип я замечательно использовал через много лет, разрабатывая методику допроса. В старших классах мой рост уже составлял шесть футов и два дюйма, и я старался использовать себе на пользу это обстоятельство.

Азартные игроки, мы были посредственной командой в хорошей лиге, и я понимал, что именно питчеру следовало стать заводилой на поле и задать команде победный тон. Для школьника я обладал замечательным самообладанием, но решил, что бетсменам противника незачем об этом знать. Хэмпстед славился приличной футбольной командой, в которой при своих фунтах веса я играл в линии полузащиты.

И в этой игре я сразу понял значение психологического фактора. Мне удавалось справляться с игроками крупнее меня, если я орал, вопил и вообще вел себя как полоумный. Вскоре мою манеру переняли все защитники. Позже, когда я стал регулярно участвовать в судебных разбирательствах, где сумасшествием пользовались в качестве способа защиты, я уже из собственного опыта давно знал, что ненормальный на первый взгляд человек может прекрасно понимать, чего он добивается. В году мы играли против Уантагской школы в чемпионате за звание лучшей школьной команды на Лонг-Айленде на приз Торпа.

Тогда перед игрой мы разработали прием, который должен был запугать противника: Все это сопровождалось всяческим валянием дурака и душераздирающими криками боли. По лицам уантагских футболистов мы заметили, что добились того, чего хотели — судя по всему, они про себя прикидывали: На самом деле все было тщательно отрепетировано. Мы долго отрабатывали падения, чтобы не ушибиться, но произвести впечатление, что крепко ударились о землю. А выйдя на поле, так накалили атмосферу безумия, что показалось, будто нас всего на одну игру выпустили из сумасшедшего дома, куда нам предстоит вернуться после финального свистка.

Счет все время был равным, но когда пыль на поле осела, мы выиграли Я должен был стоять в дверях и требовать документ у всех, чей возраст вызывал сомнение, а потом переспрашивать его владельца, чтобы сравнить ответ с указанной датой. Так обычно поступали все вышибалы, и любой входящий в бар был к этому готов. Вряд ли человек, пользующийся фальшивым удостоверением, мог оказаться настолько безалаберным, чтобы не удосужиться выучить проставленный в нем день своего рождения. Спрашивая, следовало смотреть входящему прямо в глаза.

На некоторых, особенно на девушек, у которых в юном возрасте чувствительная совесть, это производило желаемый эффект. Но те, кто непременно хотел пройти, могли взять себя в руки и сыграть. Я же, изучая стоящую у входа группу подростков, незаметно осматривал задние ряды: Разнимать драки оказалось делом более серьезным, и в нем я полагался на свой спортивный опыт. Если дерущиеся читали в моих глазах непредсказуемость, а я вел себя явно как чокнутый, то даже здоровые парни думали дважды, прежде чем со мною связываться.

Им казалось, я настолько рехнулся, что не пекусь о собственной шкуре и от этого становлюсь вдвойне опасным противником. Лет через двадцать, занимаясь изучением серийных убийств, я пришел к выводу, что серийный убийца намного менее опасен, чем политический. Первый выбирает жертву по силам и долго готовится, чтобы не оказаться пойманным. В федеральной тюрьме в Марионе, штат Иллинойс, я опрашивал печально известного грабителя и угонщика самолета Гарри Трэпнелла, и тот похвастался, что может ввести в заблуждение любого тюремного психиатра, симулируя какое угодно психическое заболевание.

Хитрость заключалась в том, что он притворялся постоянно, даже когда был один в своей камере. Тогда на допросах ему не приходилось соображать, что делать, и это его не выдавало. Если не удавалось предотвратить драку угрозами, применяя свои любительские способности к психоанализу, я старался не дать ей вспыхнуть и разрастись.

Пристально наблюдая за людьми, я вскоре обнаружил, что по позе, по поведению человека могу предсказать, что у него на уме и что он может выкинуть в следующий миг. И в случае угрозы или сомнения, используя элемент неожиданности, всегда выталкивал потенциального драчуна из бара, прежде чем тот успевал сообразить, что с ним произошло. Я всегда утверждал, что большинство сексуальных маньяков и серийных насильников овладевают методами контроля над людьми и управления ими — теми же самыми, которым обучался я, но для иных целей.

После окончания средней школы я по-прежнему мечтал стать ветеринаром, но мои оценки оказались ниже тех, что требовались для поступления в Корнеллский университет. Максимум, на что я мог рассчитывать, был аналогичный курс в Монтане. И вот мальчик из Бруклина и с Лонг-Айленда отправляется в сердце страны Большого неба. Культурный шок, который мне пришлось там пережить, был огромен.

Монтана воплощала для меня все возможные стереотипы и клише западноамериканского приграничного образа жизни. И с этими мерками я, человек с Востока, предстал перед её людьми. Такими в то время представляли нью-йоркцев. И я пользовался этим на полную катушку. На всякие общественные сборища местные жители одевались по-западному и танцевали тустеп, а я в последние несколько лет с религиозным обожанием смотрел все подряд телепередачи с Чабби Чекером и знал самые немыслимые разновидности твиста.

Сестра Арлена, которая на четыре года была старше меня, давно записала брата в свои постоянные партнеры по танцам, а я, в свою очередь, обучал все школьное общество. И теперь чувствовал себя миссионером, заехавшим в такую глушь, где никогда не слышали английского слова. Я и раньше не особенно славился успехами в занятиях, а теперь, из-за того что занимался чем угодно, только не учебой, стал получать оценки и вовсе ниже некуда. К тому времени я успел поработать вышибалой в барах Нью-Йорка, но в Монтане употребление спиртного разрешалось только с двадцати одного года, и это показалось мне настоящим унижением.

Но, к сожалению, не остановило. Мое первое столкновение с законом случилось, когда мы с приятелем по братству пригласили двух шикарных девиц, которых встретили возле дома для незамужних матерей. Они выглядели явно старше своего возраста.

Мы остановились у бара, и я пошел покупать упаковку с шестью бутылками пива. Я что-то хмыкнул; все головы в баре повернулись в нашу сторону, и я понял, что у нас много свидетелей.

На улице я повернул к стоянке и, попивая пивко, мы покатили дальше. Внезапно раздалась полицейская сирена. Мы вылезли, и он принялся нас обыскивать. Даже тогда я понимал, что это незаконно, но рта не раскрывал и помалкивал. Когда полицейский наклонялся, передо мной маячили рукоятка револьвера и полицейская дубинка.

И на мгновение в голове мелькнула шальная мысль: К счастью, я не поддался соблазну. Но понимая, что очередь вот-вот дойдет до меня, потихоньку вытащил карточку из бумажника и пихнул в трусы. Нас всех четверых отвезли в участок и развели по кабинетам.

И я изрядно трясся от страха, полагая, что снова начнут обыскивать. Если нет, придется туда подъехать. С тем барменом у нас уже были проблемы. С детства не приучены! Тем временем липовая ксива соскользнула вниз и колола причинное место. Я понятия не имел, собираются ли нас для обыска раздевать, но постоянно помнил, что здесь у них, на границе, бог знает что на уме. Я быстро оценил положение и прикинулся больным: Меня отпустили одного, без провожатого, но я вдоволь насмотрелся всяких фильмов и, войдя в дверь и взглянув на зеркало, испугался, что полицейские наблюдают за мной с его обратной стороны.

Поэтому прижался к боковой стене и, запустив пятерню в штаны, выудил карточку. Из туалета я выходил намного увереннее. Все дело кончилось штрафом в сорок долларов и испытательным сроком. Другое столкновение с бозменской полицией произошло, когда я учился на втором курсе, и было серьезнее первого. С тремя приятелями мы собрались на родео: За рулем был малый из Бостона, я — справа, на переднем сиденье, а между нами устроился местный.

Снег сыпал, точно небо прорвало. Короче, мы проскочили запрещающий знак и — можете представить — тут же напоролись на копа. В Монтане они меня просто преследовали. Где-нибудь, может, и так. И полетел дальше с преследующим копом на хвосте.

Каждый раз, как мы сворачивали за угол и на секунду-другую исчезали с глаз полицейского, я швырял банки с пивом из машины. И тут — бум-бум-бум — мы угодили в дорожную ловушку: Придурок-водитель стал объезжать ловушку справа по чьему-то газону, а я все время кричал:.

Зацепило дверью и еще какое-то время волочило задом по дороге. И мы побежали — все в разные стороны. Я оказался в переулке и, заметив у тротуара грузовичок-пикап, залез внутрь. Черную шляпу я выбросил на бегу. На мне была двусторонняя куртка, и для маскировки я вывернул ее наизнанку.

А сам трясся, боясь взглянуть в запотевшее стекло. И все время думал: И еще я боялся, что с минуты на минуту вернутся хозяева грузовичка. Здесь, на границе, должно быть, у всех под рукой оружие. Наконец, решившись, я расчистил на запотевшем стекле крохотный кружок и выглянул наружу. У брошенной нами машины суетились полицейские: И вдруг все они двинулись по переулку — фонари осветили пикап.

Я чуть не обмочил штаны. Но меня не нашли — представьте себе, прошли мимо! Я проскользнул в школу — там уже знали о происшедшем. Оказалось, что и оба парня с Востока сумели удрать, а местный, из Монтаны, попался. Его вывернули наизнанку, и он назвал имена. Когда за нами пришли, я заявил, что не сидел за рулем, что сам испугался и умолял товарища остановиться.

Водителя из Бостона упекли в тюрьму и засадили на хлеб и воду в камеру даже без кровати, с одним матрасом, а мне опять невероятно повезло: Но полицейские сообщили в школу и известили родителей, которые изрядно струхнули. Моя успеваемость лучше не стала — я скатился на одни тройки, а декламацию просто провалил, потому что ни разу не появился в классе — считал, что устная речь — мой дар божий.

И я ничего не делал, чтобы выбраться из этого болота. К концу второго курса стало ясно, что мое приключение на диком Западе подходит к концу. Может показаться, что от того периода у меня остались одни дурные воспоминания: В то время я и сам так думал. Вернувшись из колледжа домой, я не знал, куда спрятаться от глаз огорченных родителей. Особенно расстраивалась мать — она понимала, что ветеринаром мне не бывать. А я всякий раз, когда не знал куда себя деть, вспоминал о своих мускулах.

Вскоре после этого я познакомился с официанткой из коктейль-бара Сэнди — привлекательной молодой женщиной с маленьким сыном — и сразу почувствовал, что схожу по ней с ума. Работа привела меня в хорошую спортивную форму, и, кажется, я ей тоже понравился.

Она же выглядела сногсшибательно в своем маленьком платье для коктейля. В то время я жил с родителями. Сэнди постоянно звонила, и это злило отца:. Пока я жил у родителей, шансов для встреч было мало.

Но Сэнди сказала, что тот, кто работает в гостинице, может по дешевке снять незабронированный номер. Так однажды мы оказались с ней в комнате вдвоем. В номере было выходящее в коридор окно, которое закрывали стеклянные жалюзи. И он попытался отковырнуть створку. Я встал в боксерскую стойку. Муж ворвался в номер и бросился прямо ко мне. Но, разглядев мой темный силуэт на фоне окна и догадавшись, что я достаточно крепок, кажется, передумал драться, однако продолжал вопить:.

Я решил, что с меня довольно. К тому же было еще слишком рано, и ответ мой прозвучал очень вежливо:. Мне снова повезло — и из этой переделки я выбрался с целой шкурой. Но не мог отделаться от ощущения, что все в моей жизни летит к черту. Я отправился на Уайт-холл-стрит в Манхэттене, где с тремя сотнями других парней прошел медицинскую комиссию для военной службы. Меня заставляли делать глубокие приседания, и было отчетливо слышно, как хрустит у меня в колене.

От футбола у меня, как у Джо Намета, воспалился мениск, но у того адвокат, похоже, был получше. Решение было принято, и мне сообщили, что Дядя Сэм во мне нуждается. Не решившись испытывать судьбу в армии, я быстро подписал контракт с ВВС. Хотя это и означало четыре года службы, в авиации было гораздо больше возможностей для профессионального образования. Такие возможности мне ни за что бы не представились ни в Нью-Йорке, ни в Монтане.

Была и еще одна причина, почему я подписал контракт с ВВС. Война во Вьетнаме набирала силу. Политикой я особенно не интересовался, привыкнув считать себя сторонником демократов, вроде Джона Кеннеди, да и то скорее из-за отца, который был президентом профсоюза печатников на Лонг-Айленде.

Но мне совсем не светило подставлять задницу под пули за дело, которое я не очень-то понимал. И я вспомнил, как один знакомый авиационный механик как-то говорил, что ВВС — единственный род войск, где в бой идут одни офицеры, а рядовые остаются обеспечивать их действия в тылу. И поскольку пилотом я становиться не собирался, это мне вполне подходило. Для подготовки меня направили в Техас, в Амарилло. Звено так называлась в авиации учебная группа состояло из пятидесяти парней: Инструкторы в хвост и в гриву гоняли северян, и большей частью, по-моему, справедливо.

Сам я все больше и больше прибивался к луизианцам, которые мне казались приветливее и не такими зазнайками, как мои собратья нью-йоркцы. Для многих молодых людей начальный курс военной подготовки, становился настоящим потрясением. А с моим опытом, полученным на тренировках, и всем, что я вынес из жизненных передряг, наказание инструктора казалось просто ерундовым.

Я видел работу его мыслей и изменение настроений и к тому же был хорошо физически натренирован. Так что военная подготовка стала для меня подходящим делом. Вскоре я зарекомендовал себя хорошим стрелком из М, чему, видимо, способствовала моя карьера бейсбольного питчера. Хотя до ВВС я держал в руках огнестрельное оружие единственный раз, когда еще мальчишкой палил по фонарям из детского пневматического пистолета.

Во время начального курса я приобрел еще одну скандальную репутацию: В соседнем звене служил точно такой же парень, и кому-то в голову явилась светлая мысль, что для поднятия морального духа на базе было бы неплохо свести нас на боксерском ринге.

Схватка стала грандиозным событием для всей базы. Мы ни в чем не уступали друг другу, и ни один не хотел сдаваться. Кончилось тем, что мы немилосердно измолотили друг друга, а мне к тому же противник в третий раз сломал нос две первые подобные травмы я получил во время футбольных матчей в школе. Но как бы то ни было, начальный курс я кончил третьим из пятидесяти человек в звене.

И после целой кучи тестов мне сообщили, что я гожусь для школы радиоперехвата. Но в ней в то время не было мест, а я не хотел ждать, когда откроется новый поток. В результате меня определили писарем, хотя я совершенно не умел печатать на машинке. В сотне миль от нас, на окраине Кловиса, штат в Нью-Мексико, открылась вакансия в отделе кадров Артиллерийской военно-воздушной базы. И я очутился там и целыми днями двумя пальцами долбил по клавиатуре, печатая формы ДД — увольнительные документы служащих базы — и вкалывая на идиота-сержанта, а сам под нос ворчал: Но наша Специальная служба была особая — атлетическая.

И я тотчас же понял — это именно то место, где при моих задатках лучше всего защищать родину. Я шатался у двери и прислушивался, что говорилось внутри. Я говорил и наблюдал за их реакцией, пытаясь на ходу скорректировать себя и нарисовать портрет нужного им парня.

И по тому, как они переглядывались, понимал, что попадал в точку. Меня перевели из отдела кадров, и с тех пор мне больше не приходилось носить военную форму.

За то, что я руководил атлетическими программами, на новом месте мне доплачивали к жалованью рядового. Но я чувствовал, что впервые в жизни передо мной была ясная цель. Я настолько удачно представлял ВВС на соревнованиях по таким серьезным видам спорта, как теннис, европейский футбол и бадминтон, что в конце концов меня заставили отвечать на базе и за гольф.

А я, между прочим, за всю свою жизнь не закатил в лунку ни единого мяча. Но зато прекрасно смотрелся, бегая на соревнованиях в свитерах с эмблемой Арнольда Пальмера. И вдобавок приставили к офицерскому клубному бассейну. И, пока пилоты летали над Вьетнамом и подставляли под огонь свои задницы, я предлагал полотенца и расставлял стулья их кокетливым флиртующим женам и учил их детей плавать. И мне за это платили и позволяли зарабатывать диплом колледжа — чем плохо?

Другая обязанность напомнила мне должность вышибалы. Бассейн располагался по соседству с офицерским баром, где часто собирались молодые пилоты, проходившие подготовку при тактическом авиационном командовании. И не однажды мне приходилось разнимать обезумевших пьяниц и самому отбиваться от них. На втором году контракта с ВВС и учебы в колледже я узнал о существовании ассоциации, которая занималась оказанием помощи детям-инвалидам, нуждавшимся в реабилитационной программе, и вызвался поработать с ними.

Раз в неделю в сопровождении двух гражданских я брал группу из пятнадцати ребят, катался с ними на роликовых коньках, играл в мини-гольф, кегли или другие игры, развивавшие их природные способности и умения. Большинство малышей страдали серьезными недугами: Работа оказалась не из легких — например, держа за руки двух ребятишек, катать и катать их по кругу на коньках и все время следить, чтобы никто из них не ушибся.

Но я её полюбил. Каждую неделю я подруливал к школе, и высыпавшие встречать меня дети окружали машину. Я выходил, и начинались объятия. А после занятий они неохотно меня отпускали, а я неохотно от них уезжал. Я чувствовал, как много получаю от этих, встреч: И я начал приезжать по вечерам и читать им вслух.

Эти дети представляли собой такой контраст с другими, здоровыми, так называемыми нормальными, с которыми я работал на базе и которые привыкли находиться в центре внимания и получать от родителей все, что желали. Все то время, которое я проводил с детьми, за мной, оказывается, исподтишка наблюдали. Это кое-что говорит о квалификации так и не обнаруженных мной наблюдателей! А они, сотрудники отделения психологии Восточного университета Нью-Мексико, оценили мою работу и предложили четырехгодичную стипендию по специальному профилю.

Я, хотя и мечтал о прикладной психологии в промышленности, детей любил и решил, что это прекрасный вариант. С таким образованием я мог бы оставаться на базе и стать офицером. Поэтому я передал предложение университета в комиссию по связям личного состава с гражданскими учреждениями, но командование решило, что ВВС не нуждаются в специалисте такого узкого профиля. Мне это показалось странным, поскольку на территории базы проживали члены семей военнослужащих. Но решение было принято и спорить не имело смысла.

Я перестал помышлять о специальном образовании, но на добровольных началах продолжал заниматься работой, которую так любил. В году на Рождество я собрался домой. Я неохотно уезжал с рождественской вечеринки Специальной службы, но иначе не смог бы успеть к нужному рейсу в Амарилло. В Ла-Гуардиа меня встретили родители, и, выходя из самолета, я сразу заметил, что они необычайно бледны, чуть ли не на грани обморока.

Я не мог понять почему. Вот там и проявил свои способности психолог-убийца Тед Банди. Его откровения оказались особенно поучительными.

Он прочитал детективам чуть ли не курс лекций по технологии подготовки и совершения убийств. Выступая в роли своеобразного консультанта, он помог раскрыть одно леденящее душу преступление. Помимо прочего Банди напомнил полицейским забытую истину: Дуглас решил воспользоваться его советом при поиске маньяка, который изнасиловал свою жертву, зверски убил ее, расчленил, а затем разбросал куски в парке. Изучив предварительные сведения, собранные полицией, Дуглас рекомендовал замаскировать магнитофон на могиле жертвы и установить за ней наблюдение.

Скептически настроенные полицейские решили все же последовать его совету. Через два дня с наступлением сумерек на кладбище появился молодой человек и направился к могиле с микрофоном. Подойдя к ней, он скорбно опустился на колени и со слезами в голосе стал умолять свою жертву о прощении. Понятно, что полицейские, выслушав и аккуратно записав на пленку магнитофона причитания убийцы, немедленно его арестовали.

На суде он был признан виновным. Присяжные единогласно выступали за высшую меру наказания. Теда Банди в конце концов "поджарили" на электрическом стуле во Флориде в году. Местный шутник крикнул зевакам, толпившимся в этот день у ворот тюрьмы: Симфония Смерти Закидывай инфу!

Я слышал про Теда! Вс сен 21, Советский серийный убийца с самой долгой серией убийств — она продолжалась 21 год! Также можно сказать, что Сливко — самый социально адаптированный отечественный серийный убийца. В общем, самый благонадежный и прекрасный советский гражданин. Поэтому когда в декабре года Сливко арестовали, для всех это стало полной неожиданностью.

Поначалу обыватели думали, что за хищение социалистической собственности с кем не бывало в Советском Союзе? С подобным советский обыватель не сталкивался никогда. Он убил 7 детей в возрасте от 11 до 15 лет, и убийства и расчленение трупов тщательно снимал на кинопленку и фотографировал.

При обыске, кроме жутких пленок и снимков, там же нашли набор охотничьих ножей и походный топорик, мотки веревок, петли, сделанные из кусков резинового шланга и распиленные детские ботинки. Кроме того, были найдены записные книжки и дневник Сливко, который он вел на протяжении многих лет и в котором он подробно описывал убийства и свои переживания, с ними связанные. Это нужно было для того, говорил Сливко, чтобы знать, как оказывать помощь тому, кто потерял сознание в походе.

В общем, Сливко говорил мальчику, что, идя на эксперимент, тот совершает подвиг и оказывает неоценимую помощь науке. Семь таких экспериментов закончились смертью. Но кроме них, было еще 42! В книге Модестова называется 33, на самом деле их больше.

Сливко получал сексуальное возбуждение и разрядку, наблюдая за мучениями детей. Также Сливко пытался сохранить некоторые части тел своих жертв в основном, гениталии , засаливая их в обычной консервной банке.

Суд на Сливко состоялся в июне года. Дважды проводившаяся судебно-медицинская экспертиза в Институте им. Сербского показала его полную вменяемость. Он был расстрелян в сентябре года.

Новорожденный получил родовую травму? Последствия этой травмы в дальнейшем отрицательно сказались на Сливко? Для Сливко такое травмирующее событие произошло в году, во время фашистской оккупации. Он стал свидетелем убийства мальчика немецким солдатом.

Солдат хотел застрелить собаку мальчика, а тот пытался защитить ее. Кровь забрызгала начищенные хромовые сапоги солдата, и он вытер их о труп ребенка.

С этого момента чёрные блестящие начищенные ботинки станут сексуальным фетишем Сливко. Позже со старшими детьми он играл в партизан? Пару раз такие игры заканчивались для маленького Сливко потерей сознания и, как можно предположить, оргазмом? Видимо, именно с того времени в сознании Сливко пытки, удушения и сексуальное наслаждение слились воедино. В подростковом возрасте он стал заниматься онанизмом, пользуясь для этого ботинками.

Анатолий Сливко во время службы на флоте Сексуальное развитие Сливко было поздним? Там он командовал подразделением, там же его приняли кандидатом в члены КПСС. Летом года произошло событие, которое, по собственным признаниям Сливко, перевернуло его и послужило толчком для превращения его в маньяка. Он стал свидетелем автокатастрофы? Мальчик был в крови, его ноги дрожали. Кто-то поднял его на руки, понес к машине.

Он был уже без сознания, голова запрокинулась, рука беспомощно обвисла. В том же году Сливко демобилизовался, и за отличную службу его премировали ценным подарком?

Больше всего ему понравилось снимать на нее мальчиков-подростков в пионерской форме. Он вернулся к своим родителям в Невинномысск, где поступил в химико-технологический техникум. Но Сливко был несчастен, в обществе сверстников ему было не интересно, его тянуло к детям, особенно к мальчикам. Ему виделись сцены мучений и страданий детей, пионеры в окровавленной форме и чёрных блестящих ботинках.

В июне года Сливко предложил пятикласснику Николаю поучаствовать в киносъемках. Затем он попросил Николая изображать мучения и страдания извиваться, сучить ногами и т. Всё это тщательно фиксировалось на киноплёнку.

В медицинском учебнике Сливко прочитал о т. Он посчитал, что это может быть очень удобно? Когда он был без чувств, Сливко совершил акт онанизма и эякулировал на ботинки мальчика.

Когда же мальчик пришел в себя, то ничего не помнил о том, что случилось. Он остался жив, но уже через несколько месяцев Сливко совершил свое первое убийство. Жертвой стал беспризорный летний подросток, до сих пор неопознанный. Мальчик умер, задохнувшись в петле. Убийца пытался спасти его, делая искусственное дыхание и массаж сердца, но это оказалось бесполезно. Испугавшись, Сливко стал немедленно избавляться от трупа?

Пленку, на которой было запечатлено убийство, он уничтожил, опасаясь, что ее кто-нибудь обнаружит. Клуб стал пользоваться огромной популярностью среди невинномысских подростков. Сливко вынужден даже отказывать в приёме из-за переполненности клуба.

Члены клуба ходили в многодневные походы по Ставропольскому краю в этих походах каждый год участвовало больше тысячи детей и подростков , обучались собирать рюкзак, разводить костёр, ставить палатку. При клубе работал фотокружок, где дети учились фотографировать и снимать фильмы. Вскоре Сливко становится мастером спорта по горному туризму, его выбирают депутатом Невинномысского горсовета, а в году ему присуждается звание Заслуженного учителя РСФСР притом, что ни педагогического, ни вообще высшего образования у него не было.

В году Сливко женится на девушке Людмиле? От Сливко она родила двух сыновей? С женой он не смог жить нормальной половой жизнью, а после рождения Евгения он вообще спал в отдельной от нее комнате. Людмила умрёт от рака в году. Александр Несмеянов, убитый Сливко 14 ноября 14 ноября года Сливко убивает летнего Александра Несмеянова р. По факту пропажи Несмеянова было возбуждено уголовное дело, проводились поиски в донских лесах, водолазами обследовалось дно реки Кубань, но никаких результатов это не принесло.

Версией следствия было даже похищение мальчика цыганами. Приходила она и к Сливко? Тот ответил, что не говорил. Также к Сливко приходила и милиция? Он отпечатал прекрасные фотографии и, кроме того Проходили месяцы, а Несмеянова так и не нашли, поэтому дело о его пропаже закрыли. Однако поиски трупа по схемам, составленным Мадьяровым, снова ни к чему не привели. Следствие снова зашло в тупик и было приостановлено. Буквально за несколько дней до этого было закрыто дело о пропаже Александра Несмеянова.

Тщательное обследование берегов и дна реки Кубань никаких результатов не принесли. Следователь посчитал эти сведения важными и послал поручение в Невинномысское УВД найти этого мужчину, а сам уехал на повышение квалификации в Москву, после чего был переведен в Ставропольскую краевую прокуратуру.

Более того, к Сливко пришли снова Одна из многочисленных — и не самых страшных фотографий Сливко. Это был настоящий конвейер? Надо отметить, что все жертвы Сливко сами, добровольно шли на эксперименты. Всем будущим жертвам Сливко давал почитать отпечатанную на машинке листовку, в которой объяснялся смысл предстоящего опыта и которая начиналась словами: Ты идешь на своеобразный подвиг В году Сливко убил летнего Сергея Фатнева.

Розыски мальчика опять ничего не дали, и дело закрыли. Например, отрезанную голову жертвы окружал отрубленными ногами в начищенных ботинках. Вскрывал брюшную и грудную полости, внимательно рассматривал и снимал на плёнку внутренние органы. Кровь собирал в специально приготовленный поддон и пил её ложкой. Обливал ботинки мальчика бензином и поджигал. Распиливал его обутые в ботинки ступни. Отрезал у трупа уши, нос, щеки, вырезал глаза.

Отрезанные гениталии жертв он засаливал в обычной стеклянной консервной банке. На такие игры у него могло уходить до двух часов. Сергей Павлов — последняя жертва Сливко, убитая им 23 июля 23 июля года Сливко совершает свое последнее убийство. Жертвой стал летний Сергей Павлов р. В тот день, в 7 часов утра мальчик ушел из своего дома по бульвару Мира, сказав родителям, что идет на рыбалку на реку Барсучки. Но к вечеру Павлов не вернулся.

Сливко ответил, что не видел, а на следующий день он уехал на Черное море с группой воспитанников, и следователю побеседовать с ним не удалось. Разговаривая с его друзьями по клубу, она услышала об очень странной вещи? Наконец, ей удалось поговорить с подростком Вячеславом Хвостиком, который сам участвовал в эксперименте.

Он рассказал, что Сливко подвешивал его в петле, после чего он потерял сознание и потом несколько дней был нездоров. Сливко с детьми готовил встречу Нового года. Сначала в клубе нашли набор ножей, походные топорики, мотки веревок, петли из резинового шланга. За дверью находилась фотолаборатория, где обнаружили кипы шокирующих фотоснимков, на которых были изображены связанные и расчлененные дети.

Нашли сотни метров кинопленки с запечатленными на ней сценами пыток, убийств и расчленения детей, пионерскую форму, множество детских ботинок, у некоторых из которых были отпилены мыски. Свое летие убийца встретил в камере следственного изолятора. В течение января и февраля года он признался в семи убийствах, были организованы выезды на места преступлений и обнаружены останки шести детей, закопанные в донских лесах. Первая жертва Сливко так и не была найдена. Жители Невинномысска с ужасом и содроганием узнал о преступлениях Сливко, местной знаменитости, уважаемого гражданина, примера для подражания, лучшего друга детей.

Все его имущество было сожжено жителями близлежащих домов надо отметить, что милиция вовсе не препятствовала этому. Жену Сливко и двух его детей МВД перевезло в другой город по некоторым сведениям, прямо на следующий день после ареста.

Суд над Сливко состоялся в июне года. Возле здания суда постоянно дежурили машины скорой помощи: Когда у Сливко перед первым просмотром фильма спросили, не имеет ли он отводов к кому-либо из присутствующих, он ответил: То, что будет представлено сейчас Я раз увидел это И это нельзя ни смыть, ни забыть. Только со смертью уйдёт Третий секретарь городской парторганизации, которая в конце х гг.

Сливко на допросе нач. Во время следствия и суда Сливко всё время плакал, выказывал раскаяние. Его приговорили к смертной казни, но благодаря усилиям его адвоката Сергея Петрова удалось добиться отсрочки казни, и еще три года он находился в одиночной камере смертников в Новочеркасской тюрьме, писал апелляции, прошения о помиловании, письма к жене, вел дневник. В сентябре года Сливко посетил следователь Исса Костоев, занимавшийся делом Ростовского Потрошителя? Он только сделал два замечания, которые оказались ошибочны: В обычной школьной тетрадке Сливко написал для Костоева историю своей жизни и своих преступлений, и через несколько часов после интервью со следователем был казнён пресловутым единственным выстрелом в затылок через три с половиной года в том же самом месте будет казнен Андрей Чикатило.

Пусть на форуме будет вся коллекция! Пн сен 22, Попозжа скину материал про Анатолия Оноприенко Тот ещё пидор был Да, Оноприенко, реально пидор. Андрей Чикатило Имя Андрея Чикатило за последнее десятилетие стало нарицательным: Ученые ряда стран мечтали изучить этот феномен, предлагая за один лишь мозг маньяка-рекордсмена огромные валютные суммы.

Каким был путь крепкого, совестливого деревенского мальчишки, которого сверстники называли "Андрей-сила", к тому чудовищу, что предстало перед судом? Хотел ли он закончить жизненный путь за решеткой, как зверь, выставленный в зоопарке?

Андрей Чикатило был сыном "изменника, предателя и труса", так как его отец на фронте попал в плен. Семья жила очень бедно. Но Чикатило говорил позднее, что именно эта бедность и несмываемый позор рождали в нем упрямую мечту о высокой политической карьере: Мое место в Кремле В сентябре года пошел в школу. Был слишком стеснительным, робким, застенчивым, был объектом насмешек и не мог защищаться.

Учителя удивлялись моей беспомощности: Из-за врожденной близорукости я плохо видел написанное на доске и боялся спросить. Очков тогда вообще не было, к тому же я боялся клички Очкарик, стал их носить только в 30 лет, когда женился Слезы обиды душили меня всю жизнь. Весной года, будучи уже в десятом классе, я однажды сорвался. К нам во двор зашла тринадцатилетняя девочка, из-под платья у нее выглядывали синие панталоны Я сказал, что сестры нет дома, она не уходила. Тогда я толкнул ее, повалил и лег на нее.

Я ее не раздевал и сам не раздевался. Но у меня сразу наступило семяизвержение. Я очень переживал эту свою слабость, хотя никто этого не видел. После этого своего несчастья я решил укротить свою плоть, свои низменные побуждения и дал себе клятву никого не трогать, кроме своей будущей жены".

Как утверждают психиатры, маньяк имеет какой-либо возбуждающий образ и, возможно, именно там, во дворе старого дома в селе Яблочное, где Андрюша Чикатило повалил на землю маленькую девочку, принесшую ему минутное облегчение, кроются истоки перерождения робкого юноши в насильника, выбиравшего объектом насилия беззащитную жертву. Влекомый именно этим возбуждающим образом, он, имея техническую специальность, уже утвердившись в ней, вдруг ни с того ни с сего поступил учиться заочно в Ростовский государственный университет на филологический факультет.

А в дальнейшем Андрей Чикатило, студент филфака, решил стать учителем лишь потому, что случай в селе Яблочное отложился в подсознании и породил болезненную идею, диктовавшую ему даже выбор профессии. Даже будучи уже зрелым человеком, мужем и отцом, он, сам того, быть может, не сознавая, стремился изучить таких, как она, проникнуть в их психологию, научиться свободно ими управлять.

Для этого он устроился на должность председателя районного комитета физкультуры и спорта, где, он точно знал, нужно будет общаться с подростками в разных ситуациях, выезжать с ними в командировки на соревнования, спартакиады Бывшие ученики школы-интерната, где работал Андрей Романович, уже взрослые люди, вспоминали на суде, как преподаватель под видом оказание помощи при выполнении письменных работ подсаживался к ним и "трогал за различные части тела" Неожиданно заходил в комнаты девочек в тот момент, когда они раздевались, чтобы лечь спать.

Когда оставался один среди девочек, становился шальным Чикатило постоянно через карманы брюк занимался онанизмом, за это его учащиеся откровенно дразнили Находясь уже за решеткой, Чикатило вспоминал события своей жизни, которые приблизили его потом к убийствам.

Например, как он однажды повел детей на пруд: Одна из девочек, с довольно хорошо уже оформившимся-женственным телом, уплыла от всех и там, вдали, плескалась, нежилась. Он поплыл к ней, изображая разгневанного воспитателя, призванного следить за порядком и, делая вид, что прогоняет к берегу, стал всю ее грубо ощупывать.

Я стал ее больно щипать Она, вырываясь, кричала неистово И сразу у меня все началось". Вскоре из-за скандала в интернате, связанного с грубым приставанием Чикатило к ученице, ему пришлось сменить место работы. На новом месте объектами его пристального внимания стали мальчики.

Один из них, как он свидетельствовал позднее, проснувшись однажды ночью, обнаружил, что над ним склонился Андрей Романович и трогает его половой член. Такое повторялось и с ним, и с другими мальчиками, учащиеся перестали его уважать и даже замечать, дисциплины не было никакой, среди ребят шли устойчивые разговоры: Андрей Романович "педик", "озабоченный" и занимается онанизмом Трудно было не заметить, как преподаватель через карман постоянно теребил в руке свой член.

Несмотря на все свои отклонения, которых он не мог не замечать в себе, Чикатило еще продолжал верить в свое высокое предназначение и в "этой" своей жизни старался расти до предназначенной ему высоты.

Одолел четыре факультета университета марксизма-ленинизма. Сотрудничал с местными газетами: Однако уже было невозможно без вмешательства специалиста-психиатра остановить перерождение человека в монстра.

А за помощью обратиться было стыдно - это значило бы признать свою несостоятельность как мужчины. Страшная статистика преступлений началась с года, когда в Ростовской области то и дело находили убитых. Но это были не просто убийства, это были следствия изуверства. Даже видавшие виды работники милиции содрогались, попадая на место преступления. Там находили трупы людей, над которыми кто-то жестоко издевался: Практически все без исключения убийства отличал именнотакой "почерк" - садизм, особая жестокость.

Убийцу представляли чудовищем, а он оказался очень своеобразным человеком: Прямо-таки трудно было поверить в то, что это кроткое создание способно выкалывать своим жертвам глаза. Но как раз это, как оказалось, вполне объяснимо: Матери провожали детей в школу и встречали из школы. Однако все новые и новые сообщения об исчезновении детей появлялись в газетах и люди находили все новые и новые трупы с тем же садистским "почерком". Чем больше проходило времени, чем больше на счету убийцы появлялось жертв, тем яснее вырисовывался определенный "маршрут": Это и дало операции по поиску преступника, наводившего ужас на население области, название "Лесополоса".

Это была одной из самых долгих, трудных, но вместе с тем и самых знаменитых операций, в ходе которой попутно было раскрыто громадное количество иных преступлений. Естественно, что в бригаду, расследовавшую дело, вошли опытнейшие сыщики.

В последние годы они велись особенно интенсивно. Каждого мужчину с подростком - девочкой или мальчиком - где бы ни увидели, фиксировали скрытой фото или видеокамерой, потом устанавливали: И в дальнейшем в подозрительных случаях отслеживали этот материал: Для поиска маньяка-убийцы использовалось множество методов.

Сотни работников милиции, соответствующим образом переодетых, делали вид, что работают на железной дороге, ловят рыбу, собирают грибы, ухаживают за виноградом, работают на приусадебных участках или просто ждут очередную электричку, в общем, прорабатывалось огромное количество вариантов.

Не обошлось без участия и женщин-милиционеров. Они, загримированные под бомжей, к которым у преступника была особая тяга как к наиболее доступной и наименее разыскиваемой категории людей, тоже ездили в электричках под охраной переодетых коллег в надежде, что маньяк их не обойдет своим вниманием, "клюнет".

Разработка следствия осложнялась тем, что никаких свидетельских показаний у милиции не было. И все же одна зацепка имелась - на теле 9-летнего мальчика, погибшего летом года, была обнаружена сперма четвертой группы. А это по всем классическим законам криминалистики означало, что кровь у преступника тоже четвертой группы. Но как оказалось, эти незыблемые "классические законы криминалистики" сыграли со следствием злую шутку.

Еще в начале операций, в году, одна из оперативных групп задержала Чикатило на вокзале, обратив внимание на его подозрительное поведение и трудноскрываемый интерес к подросткам. Тогда же у него взяли пробу крови, но, поскольку группа оказалась второй, преступника преспокойно отпустили. Впоследствии выяснилось, что физиология Чикатило была аномальной - у него оказались разными группа спермы и группа крови.

Святая вера тех, кто вел следствие, в криминалистические догмы дала садисту возможность еще шесть лет насиловать и убивать людей. Зайдя в тупик, члены оперативной группы ездили советоваться к такому же маньяку-убийце Анатолию Сливко, в то время ожидавшему смертной казни в Ставропольской тюрьме.

Во-вторых, ищите того, у кого есть какой-то возбуждающий образ". Но и советы маньяка следствию не помогли.

Хотя, может, правы и те, кто утверждает, что случайностей не бывает. Скорее всего это закономерность - сколько веревочке ни виться Конец этой кровавой драме наступил в году. Этот год был для Чикатило особенно "урожайным" - шесть убийств. Последнее преступление он совершил 6 октября неподалеку от станции Лесхоз.

При опросе возможных свидетелей выяснилось, что сержант милиции Игорь Рыбаков 7 октября обратил внимание на мужчину с портфелем, который брел к станции, и проверил у него документы. Документы были в порядке, но, к счастью, сержант запомнил, что фамилия задержанного начиналась на букву Ч. Отыскать Чикатило труда не составило, но сразу брать его не было смысла - а вдруг ошибка? За ним стали следить.

Лишь присмотревшись к его поведению и удостоверившись, что этот пожилой мужчина активно интересуется мальчиками, его арестовали. Шахты, Новошахтинске, а на момент задержания - в г. Ему предъявлено обвинение в совершении убийств, в том числе и за пределами области. Расследование по делу продолжается. Начальник управления внутренних дел полковник милиции М. Первое время арестованный отрицал свою причастность к преступлениям, которые ему вменяли в вину, и только на десятый день после ареста Андрей Чикатило начал давать показания.

И, конечно же, не убивать уводил своих жертв. Обычно все начиналось на добровольных началах, на согласии. Но когда он в силу физиологического потенциала оказывался несостоятельным, когда его оскорбляли, находило какое-то бешенство, и он, не сознавая своих действий, начинал резать. Само собой все получалось, спонтанно. Разве можно обвинять за это человека?

Порно Трансы Анал

Фото Порно Девушек Анал Зрелые

Длинные Белые Члены

Сисястая Блондинка Отдается Негру

Красивый Секс С Большими Сиськами

Порно Пати Зрелых Дам

Смотреть Порно Домашние Видео Зрелых Женщин

Член Побывал Во Всех Дырочках Брюнетки - Смотреть Порно Онлайн

Полненькая зрелая самка совратила юнца на половой акт

Блондинка С Большими Сиськами Трахается С Мужиком На Диване

Порно Хентай Большие Члены

Порно Онлайн Минет Большие Сиськи

Член Много Порно Фото

Порно Негры Прут Белых Блондинок Они Плачут

Просмотр Порно Зрелых Фильмов Онлайн Бесплатно

Молодая Шлюшка С Фантастической Фигурой Жаждет Получить Толстый Член В Свою Киску

Зрелую Блонду Жарил Мужик Прямо Напротив Камеры

Pure18 — Rikki Six — New Beginnings Sat. Засадил Свой Член Девушке С Огромными Дойками

Бьянка - горячая молодка с маленькими сиськами

Порно Молодые Сиськи

Живое бандажное шоу с блондинкой - смотреть порно онлайн

Смотреть Фильмы Онлайн Порно Новинки Зрелых

Порно Сексуальные Девушки С Большими Сиськами

Грубый Анальный Трах С Сисястой Блондинкой

Порно Видео Молочные Сиськи

Секс С Шикарными Зрелыми Дамамии

Электро Пытки Члена

Порно Онлайн Кончают На Сиськи

Популярное на сайте:

Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть
Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть
Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть
Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть

Поделитесь впечатлениями

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Jubei 20.11.2019
Семейные Нудисты Чехии
Kajile 07.12.2019
Старая Звезда Порно Фото
Sarisar 27.10.2019
Порно Секс Видео Фильмы
Fauran 18.09.2019
Порно Массажный Салон Скрытая Камера
Akinosida 05.03.2019
Порно Галереи Похотливые Толстушки
Samujin 27.04.2019
Кастинг Руских Девушек Порно Онлайн
Arakora 26.11.2019
Огромные Сиськи Пожилых
Tar 07.10.2019
Большие Круглые Попы Жопы Порно
Kektilar 10.03.2019
Голая Анна Иванович
Nakree 17.05.2019
Порно Видео Со Скрытой Камерой
Кейт Розмари Позволила Парню, Который Привез Ее На Дачу, От Трахать Ее Анальное Отверстие Смотреть

monolit-zao.ru